Показывать по: 20

Цитаты из книги «Виноваты звезды» Джона Грина

— Это несправедливо, — говорю я, — Это просто так чертовски несправедливо.

— Мир, — говорит он, — Это не фабрика по исполнению желаний.

Мои мысли — это звезды, из которых я никак не могу составить созвездия.

Следы, которые чаще всего оставляют люди- это шрамы.

Потерять человека, с которым тебя связывают воспоминания, все равно что потерять память, будто все, что мы делали, стало менее реальным и важным, чем несколько часов назад.

В самые темные времена Господь приводит в твою жизнь лучших людей.

Депрессия — это побочный эффект умирания.

Я не сказала ему, что узнала об этом через три месяца после первой менструации. Типа: наши поздравления, ты стала женщиной. А теперь умри.

Боль хочет, чтобы ее чувствовали.

Любовь — это держать обещание несмотря ни на что.

Я хочу держаться подальше от людей, читать книги.

— Я влюблен в тебя, — тихо сказал он.

— Август, — сказала я.

Но это правда, — сказал он. Он уставился на меня, и я видела, как морщились уголки его глаз. — Я влюблен в тебя, и не хочу лишать себя простого удовольствия говорить правду. Я влюблен в тебя, и я знаю, что любовь — это просто крик в пустоту, и что забвение неизбежно, и что мы все обречены, и что придет день, когда все наши труды обратятся в пыль, и я знаю, что солнце поглотит единственную землю, которая у нас есть, и я влюблен в тебя.

Время действительно худшая из шлюх: кидает каждого.

— С чем я воюю? С моим раком. А что такое мой рак? Это я. Опухоли состоят из меня. Они состоят из меня с такой же вероятностью, как мой мозг и мое сердце состоят из меня. Это гражданская война.

Единственным человеком, с которым я действительно хотела поговорить об Августе Уотерсе, был Август Уотерс.

Иногда прочтешь книгу, и она наполняет тебя почти евангелическим пылом, так что ты проникаешься убеждением — рухнувший мир никогда не восстановится, пока все человечество ее не прочитает.

-Я просто хочу, чтобы, не важно. Мы не можем всегда получать то, что хотим.

-Правда что-ли? — сказал он. — А я всегда думал, что мир — это фабрика по исполнению желаний.

Что еще сказать? Она такая красивая. На нее можно смотреть, не уставая. Я никогда не беспокоился, что она умнее меня: и так понятно, что это правда. Она смешная, но не грубая. Я люблю ее. Мне так повезло любить ее, Ван Хаутен. Старик, в этом мире мы не можем решать, принесут нам боль или нет, но только за нами остается слово в выборе того, кто это сделает. Я доволен своим выбором. Надеюсь, и она своим.Конечно, Август.

Конечно.

Иногда мне кажется, что вселенная хочет, чтобы ее заметили.

Чертовски трудно удерживать достоинство, когда восходящее солнце слишком ярко отражается в твоих закрывающихся глазах

-Придет время, — сказала я, — когда все мы будем мертвы. Все. Придет время, когда не будет ни одного человека, чтобы вспомнить, что кто-то когда-то существовал или что наш вид что-либо совершил. Не будет никого, кто мог бы вспомнить Аристотеля или Клеопатру, не говоря уже о тебе. Все, что мы сделали, и построили, и написали, и придумали, и открыли, будет забыто, и все это,

я обвела руками комнату, — будет напрасно. Может быть, это время придет скоро, а может, оно наступит через миллионы лет, но даже если мы переживем взрыв солнца, мы не будем жить вечно. Было время до того, как организмы обрели сознание, и будет время после. И если неизбежность человеческого забвения беспокоит тебя, я предлагаю забыть об этом. Бог свидетель, это то, что все делают

Adblock
detector